Уровень [Смерть] - Марина Бастрикова

нашего возвращения. И не думаю, что уйдут. Они же не могли знать, в какой день мы окажемся на пятьдесят седьмом, а, значит, ждут нас там не один день. Или, что более вероятно, как-то могут проконтролировать, какой этаж мы прошли. Может, ловушка какая, информирующая об активации. Ее вполне можно оставить в месте, где нет мобов, то есть на какой-то из лестниц между этажами. А потом, узнав, что мы уже близко, телепортируются на шестидесятый и спускаются на два этажа вниз.

— Так про то, что ты воскресаешь после смерти, было не шутка, — сказал Эрик.

Я вздрогнула, не ожидая этих слов.

Бренн хохотнул, видимо, вспомнив мою «шутку», и как они обсуждали планы на зомбика-Луизу. А Кайл смотрел на Эрика не менее удивленно, чем я.

— И сколько раз ты умирала от рук этих магов? — спросил он, правильно поняв и особенности моего воскрешения.

— Столько же, сколько и вы. Очень-очень, много раз.

— Как они это делают?

— Первым убивают тебя.

Эрик кивнул, признав логичным, что маги в первую очередь убирают с дороги лучника.

— Если мы поднимемся на лестницу, ведущую на пятьдесят восьмой, то ученик ставит барьер на возврат назад, а Вэлиан перекрывает подъем наверх. Если приблизиться к Вэлиану, то тогда ученик поставит барьер и перед ним.

— Видимо, ему тяжело держать сразу несколько, раз он оставляет второй барьер только на крайний случай, — сказал Кайл, наконец-то справившись с растерянностью от наших с Эриком слов.

— А ты уверена, что это два барьера, а не один? Может, он быстро переносит его.

Я задумалась. Прям абсолютной уверенности не было, но…

— Он, когда ставит барьер, делает рукой вот так. — Я показала жест, когда мизинец соединен с безымянным, а указательный — со средним. И между ними пространство. — А, когда ставит второй барьер, то поднимает обе руки в таком жесте, и каждая направлена в сторону, где находится барьер.

— Значит, максимум два барьера, — заключил Кайл… по количеству рук, я предполагаю.

— Опиши последнее убийство, — сказал Эрик.

— Кайл рассказал про своего брата, маги поняли, что что-то не так, и вышли… — начала я и поняла, что, наверное, лучше не это убийство им рассказывать, а то, где мы уже сбегали. — Когда мы разделились, и вы побежали дальше, то Вэл меня обездвижил и направился за вами, а ученик остался… со мной.

Я почувствовала, как желчь поднялась к горлу и замолчала, ожидая, пока приступ тошноты пройдет.

— Фух! Ну и не вовремя у вас шуточки, — сказал Бренн, — я аж чуть не поверил в воскрешение твое, зомбик ты наш…

— Я говорю правду!

— Но-но-но, уж я-то знаю, что мы никогда бы не сбежали, оставив тебя позади. Так что не выдумывай.

— Мы действительно так поступили? — шокированно спросил Эрик, который как раз в мои слова верил.

— Это не подлость! Я просто сама пыталась справиться…

— …а зачем ты сама пыталась справиться? — жестко прервал меня Кайл.

— Потому что я не могу умереть.

— Речь не об этом, Луиза, — еще более сурово сказал командир, — Ты находишься в команде и, соответственно, должна действовать по правилам группы. В которые входит необходимость доверять и полагаться на свою команду. Я замечал, что ты ведешь себя слишком рискованно, подставляя тем самым и себя, и членов группы, но не думал, что ты даже не видишь в этом проблемы! — Кайл почти кричал на меня.

— Я пыталась одна, потому что думала, если я сама их убью, то вы будете в безопасности… — я запнулась, вспомнив лицо молодого мага. — Я однажды убила одного. Того, который ставил барьеры. И надеялась, что могу придумать, как убить обоих. Или сбежать от них. Как видишь… получилось! — сказала я, обводя рукой пустую лестницу, на которой мы стояли.

Хотя, конечно, еще ничего не получилось. Даже если нас не догоняют, не факт, что никто не поджидает нас внизу. И сможем ли мы при таком раскладе вообще покорить это подземелье? И даже, если откажемся от дальнейших походов сюда, точно ли гильдия Синих Холмов оставит нас в покое? Мы же, по их мнению, слишком высоко пробрались.

— Да, я привыкла делать все сама, — сказала я, и голос мой сорвался. — Потому что не на кого было положиться. Никогда. Отец уходил, когда мне было страшно. Бабушка умерла, и я осталась одна в пустой квартире, и никто не пришел. В школе надо мной смеялись, и никто не заступился. Я думала, что если я не справлюсь сама — никто не справится. Но здесь… — я подняла глаза на Кайла, на Бренна, на Эрика. — Здесь я пыталась справиться одна, и у меня ничего не вышло. Я просто умирала снова и снова, и смотрела, как умираете вы. И ничего не могла с этим сделать.

— И попросила о помощи, — сказал Кайл уже спокойным тоном.

— Да! — крикнула, чувствуя, как слезы наворачиваются на глазах.

— А нужно было так сделать сразу, — жестко сказал командир, снова не сдержав металла в голосе.

— Ты идиотка, — переиначил Бренн вывод команды, но не зло, а как-то по-доброму, по-своему.

— Бренн, — осадил его Эрик.

— А что? Она идиотка. Думала, что одна пойдет против магов, пока мы тут сидим? — Бренн встал, поднял щит, и его голос снова стал громким, как всегда. — Командир прав — мы команда. Я не знаю, как там у тебя было в твоей… жизни, но здесь мы сами разберемся, кому за кого умирать. Поняла?

Я смотрела на него и не могла сказать ни слова. Горло сжималось, а глаза и щеки щипало от слез.

— Луиза, — Эрик подошел и коснулся моего плеча. Его голос был тихим, но твердым. — Ты спасла нас больше раз, чем мы можем сосчитать. Не от магов, так от монстров. Ты вела нас через этажи, которые мы никогда бы не прошли сами. Но сейчас… сейчас не твоя очередь все решать. Сейчас наша очередь.

— И что мы будем делать? — спросила я, вытирая глаза тыльной стороной ладони.

Кайл усмехнулся. Я впервые видела его улыбку за все эти дни.

— Для начала — перестанем бегать от них, — сказал он. — Если они хотят нас убить, пусть